Жадно обступили его белоголовые горчаки, но он не сдавался, ловил, перехватывал у них своими желтыми язычками утренние лучи, поил тугую, плотную корзинку семян.
А вот развороченный колесами переезд через арык, вода сочится по колеям.
А вот сиреневый островок вымахавшей по пояс пахучей мяты.
Я бегу по родимой земле, над моей головой носятся наперегонки ласточки.
Эх, были бы краски, чтобы нарисовать и утреннее солнце, бело-синие горы, и росистую люцерну, и этот подсолнух-дичок, что вырос у арыка.
Когда я вернулся на ток, мое радужное настроение сразу омрачилось.
